?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: лытдыбр

История деспотизма в России
luden1
Деспоти́зм (от др.-греч. δεσποτία) — неограниченная власть.Де́спот (от др.-греч. δεσπότης — господин) — полновластный правитель (не путать с жестоким правителем — тираном).(Хотя во многом-это слова синонимы, оба слова имеют негативный хар-тер) Славянский аналог термина «деспот» — термин «господар»Форма государственного правления, когда верховная государственная власть сконцентрирована в руках абсолютного правителя или узкой группы лиц, которые вправе свободно распоряжаться судьбой своих подданных. Т. е. в деспотии самодержавный монарх не только правитель своего государства но и господин своих подданных. Под деспотией также часто подразумевается тоталитарное правление, сопровождающееся репрессиями, подавлением гражданских свобод, контролем и слежкой за подданными государства. Действительно многие деспотии были тоталитарными государствами. В то же время не каждая деспотия и не всегда является тоталитарным государством

Аристотель писал в своём сочинении «Политика», что власть государя схожа с властью хозяина над рабами.( Из Википедии).

Из авторской программа Юлии Латыниной "Код доступа".

...Я помню, когда пришел Путин к власти, я за него не голосовала, но относилась совершенно нормально, потому что я думала «Ну, слава богу, что не Лужков и не Примаков. Этих только не хватало». И поскольку я не принадлежу к числу людей, которые власти всегда говорят «Нет», и считаю, что люди, которые всегда говорят власти «Нет», имеют очень ограниченный словарный запас, то я как раз положительно относилась ко всему, что происходило, тем более, что происходило множество нормальных рыночных реформ, там, введение плоской шкалы подоходного налога, некоторое упрощение налогового законодательства, еще масса вещей, которые свидетельствовали о том, что человек, который пришел к власти, что-то хочет сделать.

И когда происходили какие-то вещи, которые были очень плохие сигналы, я их реально игнорировала. То есть мне говорили «Вот, смотри, отменены выборы в Совет Федерации», я говорила: «А что? Лучше, когда вот эти красные губернаторы, которые в Совете Федерации сидят, поддерживают Юрия Скуратова, Генерального прокурора? Лицо, похожее на генерального прокурора, в его войне с Ельциным, которая переходит всякие рамки и не имеет никакого отношения там к борьбе с коррупцией или еще чему-то, а имеется в виду именно борьба за власть». Вот эта вот позорная история, когда лицо, похожее на Генерального прокурора, показали по телевизору, а сенаторы говорят «А мы его не будем исключать, не будем снимать с генеральных прокуроров». Мне говорили: «Ну вот смотри, он столько чекистов привел во власть». «Ну и что? Кого же ему приводить? А вокруг него – олигархи, он пытается создать какой-то противовес», - отвечала я. И понятно, что тогда уже было очень много разведпризнаков. Часть из них мы не знали, часть из них мы знали...

... Возвращаясь к истории с Видяево. Всего лишь 2000-й год, Путин еще только начинает, Путин приезжает в Видяево к безутешным вдовам, потерявшим только что своих близких. И он фактически прямым текстом говорит, что я не буду увольнять адмиралов, которые его подставили. А зато тут вот есть нехорошие олигархи, которые развалили Россию, развалили флот и сейчас пытаются поставить нас на колени. Под нехорошими олигархами, видимо, имеется в виду Борис Абрамович Березовский, который, безусловно, нехороший олигарх, безусловно, следовало его вычистить, как и было сделано. Но только, все-таки, Березовский «Курска» не топил.

Вот это была очень интересная история, в которой как в капле воды был виден последующий Путин, когда ответственность за промахи чиновников или генералов, или адмиралов возлагалась не на чиновника, генерала, адмирала или самого Путина, который оставался в Сочи, а на тех, кто об этих промахах говорит. Но тем не менее, еще раз понимаю, это очень легко быть умным задним числом и говорить «Вот, это еще тогда было видно». На самом деле, ничего это тогда не было видно. Конечно, были люди, которые были уже тогда против Путина. Это были люди, которые либо оказались по факту жизни его врагами. Ну вот так случилось, вот греческая трагедия, эти с этой стороны, а эти с этой стороны. Враги. Это была куча там всяких маргиналов, которые, как я уже сказала, всегда говорят власти «Нет» и не подозревают, что у них ограниченный очень словарный запас. У этих маргиналов всегда и дома взрывает Путин, и Ельцин плохой, у них и Буш взрывает 11 сентября. И я к тому, что очень большое количество людей так же, как и я, принадлежащих кто-то к бизнесу, кто-то к интеллектуальной элите, кто-то к чиновничеству, они очень хорошо относились к Владимиру Владимировичу. Кто-то нейтрально, кто-то хорошо. А постепенно это отношение менялось. В какой-то момент оно переворачивалось на 180 градусов как, знаете, на картинках-перевертышах, когда ты видишь сначала из тех же деталей прекрасную даму, а потом из тех же деталей отвратительную старуху. Для меня таким ключевым моментом было дело Ходорковского. Не дело Березовского, потому что этого надо было гнать взашей, не дело Гусинского, потому что войну с Гусинским Путин унаследовал от предыдущей эпохи и войну с Гусинским вели, собственно, первоначально не силовики, а Волошин, люди вполне либеральные...


Практически все мы с вами родились и выросли при деспотизме, ничего другого мы не видели и нам трудно говорить о демократии с её плюсами и минусами. Кому может понадобится то, что он никогда не видел и что живёт только в его воображении?
А тем не менее, есть вещи абсолютные ,для нормального человека совершенно не ставящиеся под сомнение. Возможно в далёкой от нас Европе считают, что отмена каких-либо выборов, это вещь совершенно недопустимая, ведущая к подрывам основ демократии и его личных прав и свобод. У нас в стране ещё многие годы для таких людей, отмена выборов будет допустимым инструментом политической изоляции своих конкурентов( красных, чёрных, синих, мочёных...) и укрепления СВОЕЙ государственной власти(усиление деспотии), что всегда, как им кажется, на благо страны. Борьба кланов в Кремле(признак развитой деспотии) для таких людей приемлема и не вызывает никакого возмущения.
Лишь наезд на "своего" вызывает протест, и ничего более.
Хочу сразу сказать, что я к Ходорковскому не имею никаких претензий. Вполне верю, что он был посажен в тюрьму по политическим убеждениям, что он хотел сделать страну "открытой", поверю, что он вообще ангел и прячет свои крылья до поры до времени. Только в стране, где всё зависит от одного человека, и не важно, как его фамилия- Путин или Ходорковский, формой правления , как не крути, является деспотия. При деспотии ведь тоже можно хорошо жить и иметь каждому по мерседесу, но демократии от этого больше не станет. Поэтому стоит подумать о том, чего мы хотим, демократическое устройство общества или барина получше, а уж затем твёрдо идти к своей цели.

Раздавленные кремлёвской стеной(президентский полк)(7)
luden1

http://luden1.livejournal.com/9164.html... Нехлюдов ушёл, младшие загнали взвода в кубрики и, я помню, командир моего отделения показал всем, кто ещё не видел, как правильно заправлять кровать. Заправлять её нужно было таким образом, чтобы синее армейское одеяло было обернуто вокруг матраса, простынь и само одеяло натянуто. При этом три полосы, имеющиеся в ногах каждого одеяла, должны быть выровнены по нитке во всём кубрике, подушка должна была стать квадратной, при помощи ряда хитроумных манипуляций, так же кровать надлежало отбить табуретом, дабы она стала идеально ровной, а по бокам, при помощи специальной щетки, набить кантик, то есть сделать так, чтобы кровать стала похожей на что-то, типа могильной плиты, а подушка напоминала бы небольшой памятник. Кстати, ассоциация очень верная.

И вот, настал момент истины: моё первое армейское наведение порядка началось. Всё вокруг двигалось, сержанты орали. Все заправляли кровати, набивали подушки, делая их квадратными, отбивали кровати табуретами, ровняли полосы на одеялах…

- Быстрее, суки! Не дай бог порядка не будет!- крики младших оглашали всё помещение роты. – Ты чего, придурок, за табурет схватился? У тебя кровать не натянута, как ты её отбивать собрался? Башню к осмотру!- по команде «башню к осмотру», как я это очень скоро понял, солдат снимал свою грязную шапку, а сержант бил его по стриженой голове табуретом. Выглядело это весьма впечатляюще, я был в шоке.

- Вы не торопитесь, суки! Антонов, гнида, ты что там пи…ш, с тыла упади, быстрее, отожмись двадцать раз! Попов, ты чего на подушку уставился?Антонов, встать! Покажи ему, как подушка набивается! Ускорились быстрее все, пи…ы вонючие!

- Взвод, на месте бежим, не дай бог, кто будет стоять!..

- Да что ты всё кровать долбишь, идиот е…ый?! Ты полосы выровнял? Дай тогда я твою тупую башку подравняю табуретом!

- Натягиваем нитку! Я считаю до трёх – нитка натянута! Раз, два, три – взвод, упор лёжа принять, отжимаемся под мой счёт!.. Вы х…во отжимаетесь! По пластунски, под кроватями, ползком-марш, пи…ры!

Следовало ещё выровнять по нитке табуреты, тумбочки, подушки, грядушки кроватей, подмести и натереть до блеска мастичный пол.

Это первое наведение порядка оставило во мне неизгладимое впечатление. Я почувствовал себя бесправной скотиной, собакой, солдатом. Я точно понял, что с сержантами никто и никогда не станет спорить, или драться, или вообще противостоять им хоть как-то, а значит и я буду терпеть этот дикий ужас вместе со всеми. Я буду отжиматься, подставлять «башню к осмотру», терпеть молча любые унижения. Наведение порядка прошло по моему и без того забитому самосознанию, как мамаевы полчища по многострадальной Руси.


Read more...Collapse )
Read more...Collapse )

- Второй взвод, строиться!- скомандовал младшой с лошадиным лицом, после чего нам было приказано взять свои табуретки и быстро («считаю до трёх», я вообще заметил, что в армии всё делается со скоростью, «до трёх») усесться перед кубриком. Признаться, в тот момент я очень обрадовался появившейся возможности спокойно посидеть на табуретке. В то же время, в голове моей, противной занозой сидела мысль: «для чего мы только что равняли эти чёртовы табуреты, по нитке, с точностью до миллиметра, если уже через минуту нам же на них и сидеть?»

После того, как мы расселись, каждому была выдана тонкая школьная тетрадь и некоторое время весь взвод вёл себя очень тихо, стараясь как можно дольше не привлекать к себе внимание сержантов, которые сидели вчетвером перед нами и довольно долго, шёпотом что-то обсуждали, с очень озабоченными лицами. Но вот один из них, тот что с лошадиным лицом, обратил своё внимание на нас:

- Я – младший сержант Забелин,- представился он. – Кто там вчера приехал, встать!

Встал я, ещё двое туляков и незнакомый толстый малый. Забелин продолжал:

- Ты –Воробьёв, тебя я помню. А ты,- он кивком головы обратился к одному из туляков, тому самому, который предлагал вчера не давать друг друга в обиду,- как тебя?

- Курбатов Толик,- сказал здоровый малый.

- И сколько же тебе лет?

- Двадцать один год,- очень грустно произнёс Толик.

- Ну ни хрена себе, двадцать один… Мне девятнадцать… А тебя как величать?- обратился Забелин к толстому пареньку. Тот смутился, весь как-то странно задёргался и мелодично представился:

- Коля Носиков.

- Коля… Что же ты, Коля, такой толстый-то?- спросил один из младших, похожий на клоуна, в ответ на что Коля снова смутился и задёргал носом. При этом его толстое лицо оставалось неподвижным. Парень явно по ошибке попал в армию, будучи таким нервным и ожиревшим, мне стало его жаль, по всему было видно: на его долю выпадет ещё много издевательств.

- Ну ничего, Коля, скоро сбросишь жирок, не переживай,- как мог утешил толстяка похожий на клоуна младшой.

Забелин побеседовал ещё с одним моим земляком и ушёл куда-то. Беседу с нами продолжил, уже знакомый мне командир второго отделения:

- Я - младший сержант Мокряков, командир второго отделения, второго взвода. Младшего сержанта Забелина вы знаете, он командир третьего отделения. Младший сержант Сваровский (похожий на клоуна младшой, кивнул головой), командир первого отделения, младший сержант Лаврухин – заместитель командира взвода (Лаврухин тоже кивнул). Есть ещё Шершнёв, командир четвёртого отделения, но он сегодня лёг в санчасть…- при этих словах Лаврухин мрачно усмехнулся, а Сваровский странно наморщил своё придурковатое лицо.

Слово взял Лаврухин:

- Сегодня в столовой, вы вели себя, как полные бараны. Вы поймите простую вещь: из-за вас просасываем мы, а дальше обязательно просасываете вы, от нас. Обязательно, это такая цепь. Старьё нас опизд…ет, мы вас. В столовой жрать надо молча, быстро и тихо. Про команды, я думаю, ничего говорить не надо? К нам обращаться только по званиям: «товарищ младший сержант, разрешите обратиться, рядовой зал.па», всем ясно? Не дай вам Бог спросить что-то у старого, или бруска… Не дай Бог… тогда нам, а значит и вам – пи…ц. Ножи в столовой не брать, до х…я расслабону вам, отмахивайте, здесь вам не гражданка! Сейчас вы никто, запомните это, у нас в полку есть уши, пузыри, бруски, старые, а вы – черепа, а черепа, это ноль, пустое место, у вас вообще нет прав, ясно вам это? Уясните!- Лаврухин выдержал паузу, в течении которой у меня промелькнула в голове мысль: «как хорошо было бы разбить ему рожу за такие слова», а затем продолжил:

- Если старый или брусок что-то спрашивает, надо отвечать обязательно, как можно быстрее. Не дай Бог вам затупить и не ответить на вопрос старого, или бруска… Не дай Бог…

- А как вы утром поднимаетесь?- спросил Сваровский, смешным голосом, изобразив на своём клоунском лице смешную гримасу.- Это не подъём, а х…ня какая-то. Вы должны вскакивать, как сумасшедшие, а вы еле елозите. За сорок пять секунд у нас поднимаются. Не за сто сорок пять, как вы, а за сорок пять, или лучше ещё скорее! У нас тут не кача. Носиков, знаешь что такое кача? Что ты сидишь, как пень гороховый, бегом ко мне, башню к осмотру!- Носиков подбежал к Сваровскому, тот три раза тресну его кулаком в темя.

- Когда вас называют по фамилии, или по чём ещё, надо встать, сказать: «я», громко и отчётливо и ответить на вопрос, или сделать, что приказано, а потом сказать: «разрешите сесть», так же громко и отчётливо. Ясно тебе, Носиков?

- Да,- ответил тот.

- Кошачьи муда, иди сюда, ещё раз башенку подставь. Не «да» надо говорить, а «так точно».

Носиков ещё раз получил по башке и захотел сесть, но Сваровский был неумолим:

- Ты куда, Коля? Я тебя не отпускал. Где твоё «разрешите сесть»?

- Так точно…- промямлил почему-то Коля.

- Х…й пампочно, башню к осмотру!- несчастный Носиков снова получил по башке, после чего спросил:

- Разрешите сесть?!

- Садись, садись…

- Есть!!!- проорал Носиков, немного даже сбив с толку Сваровского.

- Ну ты даёшь, блин… Так вот, кача, это обычная армия. Там одни отщепенцы, а у нас тут Президентский Полк! У нас тут и дедовщины-то нет, почти… Правда, Носиков?

- Я! Так точно!- проорал тот, подскочив, словно ужаленный.

- Садись, садись,- махнул рукой Сваровский, даже не глядя на малого.

-Есть!- проорал Носиков и снова уселся на табурет. Я в очередной раз подумал тогда, что Носикову придётся очень туго. Младшому доставляло удовольствие его унижать...(продолжение следует)


Read more...Collapse )
Tags: